portuguesa.ru

Я люблю Россию.

Истории Португальские истории
Поделиться с друзьями
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  

Прошлым летом возвращались мы от друзей в Трафарии. Хозяин тот день провел с большой пользой: стрескал жареных сардин штук десять, юных каракатиц оприходовал… Хммм, как-то двусмысленно звучит. Но нет, иногда каракатица, даже юная – это просто морской гад. И четыре литра алентежанского домашнего вина. Легкое вино, как это часто бывает, оказалось коварным и шарахнуло по хозяйской башке ровно в тот момент, когда он выволок туловище из-за стола. Взрослый и вовсе даже не хилый мужыг мгновенно превратился в новорожденного бэмби, делающего свои первые трогательно-неуверенные шаги.
Ладно, погрузили мы бэмби в машину, едем в Лиссабон. Город в огнях, по радио какая-то очень ночная гитаррада, с заднего сиденья – умиротворенное сопение начинающего алкаша. Минуты, как говорится, абсолютного счастья.

Подъезжаем к площади Росиу. Дина говорит:
– Куда бы я ни уезжала, каждый раз, когда возвращаюсь, понимаю, что Лиссабон – самый красивый город в мире.
И Хозяин засовывает голову между передними сиденьями и с претензией заявляет:
– А я люблю Россию!
Не успела я удивиться этому внезапному приступу патриотизма, как Дина сказала:
– Блин, не туда свернула. Придется еще кружок по площади.
Ровно в тот момент, когда мы во второй раз проезжали кафе “Никола”, Хозяин опять провозгласил:
– Я люблю Россию! – и для пущей убедительности, чтоб, значит, развеять все сомнения, перешел на английский: – I love Россия!
Когда мы объезжали площадь в третий раз – да, там хитрый такой поворотик, сразу не найдешь – он с упрямством и монотонностью кукушки из часов в третий раз оповестил нас о своей любви к родине.
– А ничо, что вчера утром мы купили квартиру в Лиссабоне? – разозлилась я.
– Да, как-то странно, – согласилась Дина. – Не очень логично.
До самого дома Хозяин молчал, на ларго Олариаш вывалился из машины, опознал нашу зеленую дверь и сообщил:
– Сокорро мне тоже нравится. Но Россию я люблю больше.
– Да чего вдруг? – взвыли мы с Диной.
– Ну круто же жить с видом на площадь.
И до нас дошло, что патриотические вопли Хозяина суть игра невольная игра слов: все это время он любил вовсе не родину-мать, а площадь Россио.
Гогот понесся над Морарией. Гогот, от которого проснулись петухи, а наши новые соседи содрогнулись в своих теплых постелях.
Спустя полтора года, в этот то есть понедельник, мы пошли в Байру Алту, имея в виду дружеский ужин с Диной и ее бразильским другом Антонио. Едим, значит, мясо на камне, обсуждаем путена, Уго Чавеса и состояние бразильской экономики, и вдруг Антонио говорит:
– У меня в Сан Паулу адвокатская практика, друзья, дом, и вообще я бразилец… Но я бы хотел жить в Лиссабоне.
Налил всем еще “монсарраша” и добавил на чистом русском языке:
– Потому что я люблю Россио.

Тэги

Добавить комментарий