Марван: место, откуда видно всю Землю.

Алентежу Города Замки и крепости История Португалии Порталегри
Поделиться с друзьями
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  

«От Марвана можно увидеть всю землю… Отсюда, от стен высокой крепости, каждый может сказать: “Как велик мир”. Жозе Сарамаго. 

Марван – небольшой городок в Алентежу на границе с Испанией. Старый центр расположился на гранитном утесе Серра-де-Сао-Мамеде, прямо над долиной реки Тежу. Название свое это удивительное место получило от имени Ибн Марвана, местного феодала, подданного эмира Кордовы, правившего здесь в 8-м вере нашей эры (884-931 н.э.). Замок и город были дополнительно укреплены во времена царствования Саншу II – короля Португалии (13 век), и позже, во время правления короля Диниша.

В последние годы тихий древний Марван стал объектом пристального внимания туристов. Он был включен в бестселлер New York Times “1000 мест, которые нужно увидеть прежде чем умрешь”.

Эту скалу высотой 850 метров люди облюбовали для жизни еще в древности, задолго до того, как на ней появилась почти неприступная крепость “Орлиное гнездо”. Отсюда открывается захватывающий вид на горы Сао-Мамеде, бескрайние долины и реки Север и Тежу. Территория, лежащая у подножия крепости и простирающаяся до самого океана, называется “Райя” (Raia – буквально “граница”). Судьба Марвана исторически связана с этой территорией – местом столкновений и сотрудничества разных народов. Больша, впрочем, с войнами, о чем недвусмысленно напоминают крепкие стены цитадели. С высоты своего географического положения Марван тысячелетиями наблюдал за тем, как сменяли друг друга целые цивилизации:  кельты, веттоны и лузитаны в IV-II веке до нашей эры; лузитаны и римляне во II-I веке до н.э.; свевы, аланы, вандалы и вестготы в V-VII веках н.э.; мавры и вестготы в VIII веке; повстанцы-муваллады и кордовский эмират в 9-10 веках; первые португальцы и мавры в 12-13 веке; тамплиеры и госпитальеры в 12-14 веке; португальцы и кастильцы, а позже испанцы с 12 века по наше время; либералы и абсолютисты в 19 веке; фашистские режимы Салазара и Франко в веке 20-м.

CastillodeMarvao
Замок Марвана

Природными красотами Марван не уступает исторической значимости. Высокую скалу с юга и запада прорезает река Sever (Север). А на северо-востоке в хорошую погоду можно увидеть старый римский мост Алкантара, пересекающий Тежу в 70 километрах от этой скалы. Горные долины сменяются равнинами, а от высоты захватывает дух. Время здесь застыло на месте, и кажется, что на городской улице вот-вот появится римский легионер или мавританский рыцарь. Древние камни Марвана хранят тысячи историй о том, как жили, любили и сражались люди, чьи имена погребены под толщей тысячелетий. Давайте пролистаем страницы этой живой памяти.

Кельты и Римляне

В окрестностях Марвана сохранилось множество дольменов, датируемых 4-2 тысячелетиями до нашей эры. Здесь повсюду следы великой цивилизации кельтов. В городском музее можно увидеть знаменитую голову Веракко, созданную Веттонами в 6-4 веках до нашей эры (по португальски Berrão – это мегалитические фигуры дикого кабана, тотемного животного иберийских кельтов).

Во Вторую Пуническую войну местные племена воевали на стороне Карфагена. Но Ганибалл проиграл, и Пиренейский полуостров оккупировали римляне, что, конечно, не вызвало восторга у коренных обитателей здешних мест. Начали вспыхивать крупные восстания, и в результате одного в 154 году до н. э. был свергнут римский наместник. К восставшим лузитанам присоединились племена кельтиберов. На подавление восстания Рим выслал две армии, которые разгромили лузитан. Кельтиберы продержались дольше: их сопротивление было подавлено только в 151 году до н. э. Однако проблем Рима это не решило: через год восстали поднакопившие сил и ресурсов лузитаны. Знаменитый мятеж 149 года до н.э. возглавил бывший пастух Вириат (Viriato). Человек сильный, отважный и обладающий яркой харизмой, он сумел объединить своих соплеменников и в течение 10 лет вел партизанскую войну, которая порядком измотала римлян. Отдаленная мятежная провинция начала превращаться в головную боль, когда в 147 году до н. э. восставшие во главе с Вириатом разгромили нескольких римских полководцев, в том числе Гая Ветилия, имевшего репутацию жестокого и умелого военачальника. Рим был вынужден назначить награду за голову Вириата, что не мешало лузитанскому вождю время от времени демонстрировать великодушие и благородство – прежде всего с целью показать, что грубые римляне этих качеств напрочь лишены.

Однажды в горах воины Вириата окружили войско римского полководца Квинта Фабия Максима Сервилиана. Слава у этого человека была нехорошая: именно он, пытаясь запугать  коренное население, велел отрубить руки и головы пятистам пленным лузитанам. Повстанцы этого не забыли, однако Вириат сумел обуздать своих соплеменников, жаждавших отмщения. Мудро рассудив, что живые капитулировавшие римляне полезнее мертвых, но несдавшихся, он вынудил римского наместника подписать мирный договор, по которому каждой стороне отходили земли, занятые ими в данный момент. В обмен на это Вириат пообещал не только сохранить жизнь римских солдат, но и прекратить изматывающую партизанскую войну. И слово свое сдержал. Сенат утвердил договор, и в 141 году до н. э. Рим признал Вириата царем лузитан и наградил его титулом «друга римского народа».  Увы, но долгожданный мир продержался меньше года.

В 140 году до н. э. правителем иберийских провинций был назначен консул Квинт Сервилий Сципион, которому договор с Вириатом казался невыгодным, унизительным и бесчестящим великий Рим. Успешное лоббирование этой точки зрения в римском Сенате позволило Сципиону получить приказ под любым предлогом возобновить войну. Предлог, конечно, нашелся, но независимость, пусть и относительная, далась лузитанам слишком тяжело, чтобы они с ней так просто расстались. Консул столкнулся с ожесточенным сопротивлением. Тогда Сципион прибег к помощи наёмных убийц, которые в 139 году до н. э. предательски зарезали Вириата, когда он спал в своей палатке. Лузитаны похоронили Вириата по-царски и еще некоторое время продолжали оказывать сопротивление римским войскам, но в конце концов все же покорились римлянам.

640px Nt Viriato Viseu
Памятник Вириату в Визеу

Победа позволила римлянам создать на территории, где сейчас расположен Марван, римский город Ammaia – крупный и богатый, с населением около 6 тысяч жителей. Удивительно, но во времена римского владычества в Марване (пусть он и назывался тогда иначе) жило больше людей, чем сейчас!  Центр города был расположен на месте современного поселения Сан-Салвадор-да-Араменья. Город процветал до самого распада Римской империи в 5 веке нашей эры.

Удобное расположение Ammaia на реке Север позволяло успешно торговать, связывая города Scallabis (Santarém), Eboracum (Эвора), Olisipo (Лиссабон) со столицей провинции Emerita Augusta (Мерида). На скале, где сейчас возвышается замок, стояла сторожевая башня, обеспечивающая контроль над долиной и жизненно-важным мостом Алкантра. Местное производство сельскохозяйственной продукции (оливки, вино, инжир, крупный рогатый скот) было дополнено коневодством, производством керамики, горного хрусталя и даже золота. Ограниченные раскопки в Ammaia, проведенные в последние два десятилетия, показали, что в городе были водопровод, форум, бани, мост через реку Север (сегодняшний Ponte Velha) и монументальные ворота, которые  были перевезены в Каштелу-де-Виде в 18 веке, но, к сожалению, утрачены в 1890 г.

В 5-м – 7-м веках нашествие племен из Центральной Европы – вандалов, свевов, аланов и вестготов – почти уничтожило привычный лузитанам жизненный уклад. Римские города по всей Иберии  были  опустошены и превращены в руины. Ammaia не стала исключением. Материальных свидетельств владычества вестготов почти не сохранилось (или они еще не найдены). Единственным позитивным напоминанием о “темных веках” пока остается порода собак “португальский мастиф” или Rafeiro do Alentejo. Уверяют что эта порода появилась именно в то смутное время.

Ибн Марван Великий

Мусульманское вторжение, начавшееся в 711 году, дошло до Марвана во время весенней кампании 714 года под предводительством Абдул Азиза ибн Мусы, когда Коимбра и Сантарен уже были захвачены. Вторжение ознаменовало пять веков исламского правления – лишь в 1160-х годах  Марван будет отвоеван у мавров Афонсу I Великим.

640px Ibn Marwan
Ибн Марван. Памятник в Бадахосе

Самым важным приобретением исламской эры для Марвана является само имя города: оно происходит от имени Абд аль-Рахмана ибн Мухаммада ибн Марвана Галисийца или просто Ибн Марвана (Ibn Marwan al-Yil’liqui), легендарного строителя замка и крепости в Марване, основателя испанского города Бадахос и противника Омейядов, эмиров Кордовы (756-929гг.). В 10-м веке историк Ибн-Хайан со ссылкой на потерянный оригинал летописи Исы ибн Ахмад ар Рази сообщает «Скала Ammaia, известная сегодня как Амайа Ибн Марван».

Исторические источники не объясняют точной роли замка Марван во время 50-летнего правления династии Марванов с 884 по 930 годы. Ибн Марваны (отец, сын, внук и правнук) имели практическую независимость от Кордовского халифата и контролировали территорию от Бадахоса до Лиссабона. Центром этой территории был город Бадахос, а неприступные укрепления Марвана выступали в качестве сдерживающего фактора для кордовских эмиров. Существуют записи, согласно которым сам Ибн Марван  говорил, что в случае, если Кордовский эмират, желающий подчинить вассалов своей абсолютной власти, вздумает напасть на его территории, то “он разрушит новый город” (т.е. Бадахос), и “вернется к своей горе” (Марвану). Готовность правителя пожертвовать Бадахосом ради “горы” говорит об огромной значимости Марвана.

Таким образом, Марван – “моя гора” – стал для Ибн Марвана главным городом, не являясь при этом официальной столицей. Между 875 и 876 годами Ибн Марван строит здесь свой замок и новые мощные укрепления, ставшие известными как форталеза Amaia. Неприступность Марвана дала его владельцу возможность вести  собственную внешнюю политику. Известно, что Ибн Марваны поддерживали отношения с христианскими королями Астурии и даже были союзниками Альфонсо III Астурийского. Показательно, что многие арабские летописцы характеризовали Ибн Марвана больше как христианина, чем мусульманина. Во время завоеваний множество семей вынуждены были объявлять себя мусульманами, что бы сохранить жизнь и имущество, но при этом продолжали тайно хранить верность христианской религии. Возможно, именно тут следует искать тайну непокорности Ибн Марвана и его постоянные конфликты с эмиром Кордовы.

Дата рождения Ибн Марвана неизвестна. Он происходил из вестготского или римского рода, пришедшего с севера нынешней Португалии и осевшего в Мериде. Во время мусульманского нашествия его семья приняла мусульманство. Несмотря на сомнительное по меркам мавров происхождение, глава семьи Марван бен Юнус получил от эмира Кордовы Мухаммеда I право управлять Меридой. Впервые в летописях Ибн Марван появляется как молодой воин, пострадавший в междоусобной стычке и привезенный в Кордову в 852-м году в статусе пленника. Как только Ибн Марван сообщил имя своего отца, его отвели к эмиру. Тот, хоть и не одобрял бессмысленного пролития мусульманской крови, наказывать юношу не стал, более того, сделал его начальником собственной охраны. Мухаммед предпочел списать глупую ссору на горячность, свойственную молодости. В конце концов, этот юноша из Мериды хорошо владел оружием, обладал живым умом и был чрезвычайно красноречив. Утонченный и образованный Мухаммед ценил хорошего собеседника, и вскоре Ибн Марван стал одним из его ближайших друзей. Эта дружба впоследствии поможет честолюбивому уроженцу Мериды создать собственное государство. Но это будет потом, а пока молодой исламский воин живет при дворе эмира, где у него появляется могущественный враг.

Не случайно главным отрицательным героем в большинстве восточных сказок является визирь: хитрый, лживый, жадный до денег и власти интриган. Вряд ли Доверенное лицо эмира Мухаммеда, первый визирь Хассин был столь же карикатурным, как герои сказок – скорее наоборот, ведь он первый разглядел в Ибн Марване опасное для эмирата стремление к независимости. Нельзя исключать и версию о том, что вездесущие агенты Хассина раскопали некую тайну семьи Марванов – тайну, разглашение которой могло иметь для начальника эмирской охраны самые печальные последствия.

Однако действовать прямо Хассин не стал – несмотря на молодость, Ибн Марван был весьма умен, к тому же пользовался благосклонностью Мухаммеда. И Хассин решил сыграть на том, что однажды уже подвело юного воина: на его несдержанности и горячности. На совете визирей Хассин оскорбил Ибн Марвана и ударил его по лицу. Окруженный многочисленной охраной, Хассин ничем не рисковал. А вот Ибн Марван, попытайся он смыть оскорбление кровью, впал бы в немилость: за попытку убийства первого визиря эмир сурово наказал бы его, несмотря на дружбу. На это, собственно, и был расчет. Но Ибн Марван оказался умнее – или безумнее, это как посмотреть.

Вместо того, чтобы мстить Хассину – силой ли или интригами – юноша в сопровождении нескольких преданных друзей тайно покидает Кордову и возвращается в родную Мериду, где поднимает восстание против эмира Мухаммеда. Тому ничего не остается как отправить в Мериду войско и заставить мятжников во главе с Ибн Марваном сдаться. По зову дружбы или по совету Хассина (держи друзей близко, а врагов еще ближе) Мухаммед не казнит Ибн Марвана и даже не наказывает его. Более того, молодой воин возвращен ко двору и осыпан эмирскими милостями! Следующие несколько лет Ибн Марван завоевывает репутацию одного из лучших военачальников и преданного сторонника Мухаммеда, помогая усмирять непокорных вассалов и подавляя вспыхивающие мятежи. И все это время вынашивает тайные планы по созданию собственного эмирата.

Именно эти планы и привели его в Мериду в 875-м году. Оттуда, при поддержке семьи, горожан и довольно большого количества друзей по военной службе, Ибн Марван объявляет о независимости. Разумеется, это был заговор – но увы, недостаточно хорошо обдуманный и спланированный. Не прошло и нескольких недель, как стало понятно: против войск Кордобы у Мериды нет ни единого шанса. В течение трех месяцев Ибн Марван с небольшой группой верных ему солдат удерживал старую римскую крепость Аланхе, а потом запасы провизии иссякли, и перед мятежниками встал нехитрый выбор: умереть от голода или сдаться на милость Мухаммеда. Ибн Марван выбрал третий путь: он начал переговоры. Хотя правильнее было бы назвать их торгом: в обмен на жизни своих воинов Ибн Марван предложил эмиру спокойствие в регионе. Удивительное дело, но Мухаммед пошел на сделку: Ибн Марвану было позволено остаться неподалеку от обороняемой крепости, в маленьком поселении Batalyos (будущий Бадахос) на берегу Гуадианы. С единственным условием – хранить вассальную верность Кордовскому эмирату.

Разумеется, отношения Мухаммеда и Ибн Марвана были гораздо сложнее, чем мы можем себе представить. Личная дружба в них переплеталась с государственными интересами и придворными интригами. И наверняка у эмира Кордовы были веские причины не стереть мятежного вассала в порошок уже после первой измены. Поэтому было бы несправедливо назвать действия Мухаммеда танцем на граблях – хоть, конечно, очень на то похоже. Потому что стоило войскам эмира отбыть к местам постоянной дислокации, как Ибн Марван наплевал на все договоренности и атаковал гарнизон Мериды. Мало того, он сделал это при поддержке астурийского короля Альфонсо III! Очевидно, что неподготовленный, обреченный на провал мятеж в Мериде был всего лишь частью плана. А бессмысленная на первый взгляд оборона крохотной, не имеющей военного значения римской крепости – способом потянуть время в ожидании вестей из Астурии.

Реакция эмира была скорой: он отправил в Мериду не просто армию – армию, которую возглавил личный враг Ибн Марвана. Первый визирь Хассин был настроен не только уничтожить Ибн Марвана, но и стереть с лица земли город Бадахос, который мятежник затеял  строить на месте небольшого поселения с тем, чтобы со временем сделать его своей столицей. Неукрепленный Бадахос представлялся легкой добычей. Но, как мы уже понимаем, в случае Ибн Марвана все совсем не такое, каким кажется.

Нет, Бадахос действительно пал – он, собственно, даже не сопротивлялся. Однако Ибн Марвана там не оказалось. Единственным ценным пленником, которого удалось захватит Хассину, был воин по имени Салхун. Тот, не дожидаясь пыток, сказал, что готов показать место в горах Serra de Monsalud, где укрылся Ибн Марван с небольшой горсткой людей. По словам Салхуна, это было ущелье, в котором непокорного вассала можно схватить как мышь в мышеловке. Единственное, о чем умолчал Салхун – это о том, что он действует четко по инструкции Ибн Марвана, который действительно сидит в ущелье, но только не с десятком усталых солдат, с с несколькими тысячами хорошо подготовленных воинов. О том, что сидит он там не просто так, а в ожидании войск астурийского короля, Салхун и сам не знал.

Как только последний солдат эмира вошел в узкое ущелье, Ибн Марван начал атаку с одной стороны, а с другой войско Хассина атаковал пришедший на помощь отряд астурийского короля. Армия эмира была разгромлена, Хассин пленен и отправлен королю Альфонсо Астурийскому в качестве подарка. Это был по-настоящему королевский подарок: в качестве выкупа за первого визиря астурийский король получил огромную по тем временам сумму в 100 000 дукатов. Поражение эмира позволило Ибн Марвану настоять на своей независимости и получить в управление земли по правому берегу Гуадианы. Вынужденный считаться с новой  и довольно грозной силой,  Мухаммед дал Ибн Марвану деньги и каменщиков для постройки города на месте старого вестготского поселения. 875-й год считается официальной датой основания Бадахоса – будущей столицы Ибн Марвана. Но город, находившийся на равнине не мог обеспечить новому государству должной защиты, поэтому было принято решение построить замок на “Орлиной скале” у реки Север. Именно в этом замке Ибн Марван и проводил большую часть времени, покидая цитадель лишь по военным или государственным надобностям. Впрочем, умер Ибн Марван, по неподтвержденным, правда, данным, в Бадахосе, в 890 году  – успев основать династию, которая будет находиться у власти на протяжении четырех поколений. Кроме двух городов, один из которых и по сей день носит его имя, Ибн Марван оставил после себя множество тайн – и прежде всего тайну своего рождения. Был ли он тайным христианином или правоверным мусульманином? Каким образом ему удавалось балансировать между представителями враждующих государств?

Династия Марванов была основана по воле одного-единственного человека – и точно так же прекратила свое существование. В 930-м году правнук Ибн Марвана по собственной воле отказался от суверенитета, за который сражался его предок. Опасаясь христианских королей севера, он передал правление в руки Абд-аль-Рахмана III, провозгласившего себя халифом Кордовы. Сомнительный с точки зрения родовой чести, этот поступок оказался мудрым государственным решением: правнук Ибн Марвана прекрасно понимал, что сравнительно небольшой и слабый Кордовский эмират, с которым справился Ибн Марван, превратился в мощный халифат, способный не только защитить, но и уничтожить. Потомок Ибн Марвана выбрал защиту – и не прогадал.  Власть кордовского халифа принесла на земли Мериды процветание и экономический рост. Почти 100 лет спокойствия, который называют “золотым веком” Аль-Андалуса. В Марване и окрестностях росли призводство и торговля, к традиционным сельскохозяйственным культурам добавилось выращивание цитрусовых и белой шелковицы. Увеличивалась численность населения, в том числе за счет иммиграции сакалибов из Восточной Европы (славяне и венгры) и берберов. Новые переселенцы в основном нанимались в армию халифата для борьбы с христианскими королями севера.

После распада Кордовского Халифата в 1013 году Марван вошел в состав Тайфы Бадахос (Королевство Бадахос 1013-1094), которая стала крупнейшей Тайфой Аль-Андалуса и занимала территорию Эстремадуры и современной Португалии до самого Лиссабона. Между прочим, первым правителем Тайфы Бадахос стал бывший раб халифа Аль-Хакама II Сабур – по некоторым данным, он имел славянское происхождение. 

Смутное время. Альморавиды и Альмохады

11 век принес в Аль-Андалус ветер войны. Возобновились внутренние стычки между политическими партиями и властными группировками и внешние столкновения с христианскими королями. Мощные укрепления мирного Марвана снова приобрели свое военное значение. Учитывая его расположение и возможность контроля большей части бассейна Тежу, Марван стал важной стратегической базой в постоянных стычках между мусульманами и христианами. В 1055 г. большая часть территории к югу от реки Мондегу перешла под контроль кастильского королевства во главе с королем Фердинандом Великим (1015-1065). В 1064 году была взята Коимбра, а в 1085 году Толедо. Христианские короли активно продвигались на юг, облагая приграничные королевства податями. Области между реками Дору и Тежу опустели из-за постоянных войн и набегов.

Таким образом, Марван снова взял на себя сдерживающую роль грозной пограничной крепости, стоящей на защите мусульманских территорий. Мусульманское доминирование в регионе стремительно слабело. На некоторое время мусульманам удалось остановить атаки христиан благодаря победе в битве при Заллаке. Это стало возможным только благодаря тому, что эмиры Гранады, Севильи и Бадахоса попросили о помощи магрибского военачальника Юсуфа ибн Ташфина из рода Альморавидов, легендарного основателя Марракеша. Альморавиды согласились помочь с условием, что в случае победы  им достанется крепость Альхесирас, морские ворота Иберии. Летом 1086 года возглавляемое им войско переправилось из Марокко в Андалусию и, соединяясь по дороге с войсками иберийских эмиров, направилось на север. Альфонсо VI был занят осадой Сарагосы, когда до него дошло известие о приближении нового врага. Он поспешил в Толедо и, быстро созвав свои войска из провинций, двинулся навстречу армии мусульман. При Заллаке (испанцы называют это место Сакрахас) и произошло сражение. Эмир Севильи аль-Мутамид командовал авангардом и проявил большую личную храбрость, сдерживая кастильцев и отстаивая свою позицию до тех пор, пока на помощь ему не подоспел отряд альморавидов. Юсуф со своими войсками ударил в тыл кастильцам, и к вечеру христиане были разбиты наголову. Большая часть их войска осталась на поле битвы, а самому Альфонсо VI и пятистам всадникам удалось спастись. Но для Тайфы Бадахоса битва при Заллаке стала пирровой победой. Практически вся армия была потеряна. Военная сила Тайфы была подорвана, чем через несколько лет и воспользовались христиане. В 1093-м году Альфонсо IV на время забрал себе Лиссабон и Сантарен. А оставшиеся земли, хоть и остались под властью мусульман, отошли Альморавидам, которые, как и следовало ожидать, не удовлетворились обещанным Альхесирасом. Зачем довольствоваться одной крепостью, если можно забрать все?

Время утонченной роскоши эмиров-поэтов кончилось. На смену культу науки и искусства пришли строгие военные правила, традиции и исламский фундаментализм Альморавидов. В Аль-Андалусе появились малограмотные и жестокие африканские кочевники – ими Альморавиды пополняли свою армию. Религиозная терпимость, одна из основ процветания иберийского ислама, была забыта, новое время и новые правители вернули практику насильственного обращения в ислам. Плодородная долина Тежу теперь стала  разделительной линией между христианским и мусульманским миром, а Марван – форпостом на северо-западной границе империи, которая простиралась вплоть до Мавритании.

Одна из опасностей религии как национальной идеи заключается в том, что рано или поздно найдется кто-то, для кого даже самый благочестивый правитель окажется недостаточно свят. Именно это и случилось с Альморавидами, которые, к тому же, отнюдь не были святыми. Пока они бились за владычество на иберийских землях, в Северной Африке проповедник Мухаммад ибн Тумарт клеймил их за нарушение законов ислама и впрямую называл отступниками. Занятые европейскими делами, Альморавиды не сразу поняли, что пламенные обличительные проповеди ибн Тумарта превратили немногочисленную радикальную секту его последователей в грозную силу. А когда поняли, было уже слишком поздно. Те, кто впоследствии назовут себя Альмохадами, начали войну за исламские земли.

Борьба Альмохадов с Альморавидами – это отдельная история. Нам достаточно того, что к 1147 году Альмохады захватили все мусульманские земли в Испании, уничтожив династию Альморавидов. Еще более жестокие, чем их предшественники, Альмохады стали жертвой собственной воинственности. Вознамерившись расширить свои земли под знаменами священного джихада, они были готовы отбросить христианских воинов Реконкисты за Пиренеи. Но амбициозным планам Альмохадов помешал еще более амбициозный молодой человек, рожденный в Коимбре, выросший в Гимарайнше и коронованный в Ламегу. Непризнанный король непризнанной страны, для Альмохадов Афонсу Энрикеш был еще одним мятежным вассалом Кастилии и Леона, не более чем камешком  на пути к владычеству над Португалией. Но именно этот камешек можно назвать краеугольным камнем всего здания под названием Реконкиста. Альмохады оказались абсолютно не готовы к ожесточенному сопротивлению войск Афонсу Энрикеша. Им понадобилось несколько лет, чтобы понять: подданные Афонсу сражаются не только и не столько за свою веру, сколько за независимость своей молодой нации.

Заручившись поддержкой тамплиеров и госпитальеров, Афонсу I Энрикеш сумел захватить Сантарен и Лиссабон. Христианские рыцари были грозной военной силой, но самую большую опасность для мусульман представляли те, кто отныне называл себя португальцами и не желал больше подчиняться ни Альмохадам, ни кастильцам. Молодое королевство Португалия отвоевывало земли для себя и своего короля Афонсу. Пожалуй, самым ярким примером безграничной преданности идее независимости и лично Афонсу Энрикешу можно назвать легендарного воина Жиралду Бесстрашный (Geraldo Sem Pavor), которого также называли “португальским Эль Сидом”. Согласно преданиям, он был одним из первых сторонников молодого короля, но буйный нрав и полное отсутствие каких-либо нравственных устоев частенько толкали Жиралду на действия, которые сам Афонсу в какой-то момент расценил как преступления. Спасаясь от гнева монарха, Жиралду был вынужден бежать в Алентежу. Там он сколотил банду, однако, вопреки ожиданиям подельников, занялся не грабежами, а самой настоящей борьбой за независимость. О личности”португальского Эль Сида” известно очень мало, долгое время он считался чуть ли не обыкновенным бандитом. Однако близкое знакомство с королем, несомненные навыки военачальника, свободное владение несколькими языками (в том числе арабским) и желание во что бы то ни стало вернуть благосклонность короля Афонсу говорят о том, что это был человек знатного происхождения.

GeraldoGeraldesSemPavor
Жиралду Бесстрашный, памятник в Эворе

Жиралду покорил Эвору, Касерес и Трухильо в 1164 году. Взял Серпу и неприступную крепость Журоменью и множество мелких крепостей. Его действия были настолько успешными, что привели к конфликту с королем Леона Фердинандом II, который положил глаз на Касерес и Трухильо. Успехи Жиралду заставили короля Леона активизировать свои действия, и в 1165 году он взял под контроль стратегически важный мост Алкантара через Тежу. в 1166 году Жиралду по одной версии обошел Марван стороной и осадил Бадахос, по другой – взял Марван. В любом случае именно в 1166 год Марван впервые стал португальским. В 1169 году Жиралду взял Бадахос под свой контроль, но гарнизон укрылся в алкасабе (городской крепости), и осада продожилась. На помощь Жиралду пришел Афонсу Энрикеш. Фердинанд не мог допустить, чтобы португальцы взяли Бадахос и заключил краткосрочный союз с Абу Якуб Юсуфом, эмиром Альмохадов. Подоспевшие войска Фердинанда и Юсуфа неожиданно атаковали португальцев. Афонсу и Жиралду были пленены. В качестве выкупа Афонсу пришлось отдать Фердинанду поселения Туй  и Верин в Галисии, а также Касерес и Трухильо. Эти события в конечном итоге и установят западную границу Португалии по реке Север к востоку от Марвана.

Португальский Марван

Спустя 500 лет мусульманской истории Марван стал португальским, но это завоевание не было окончательным. В 1190 году третий халиф династии Альмохадов Якуб аль-Мансур организовал новый поход, во время которого отвоевал Марван. Поход был настолько успешным, что к 1195-му году мусульмане вернули большую часть утраченных территорий к югу от Тежу. Португальцам потребовалось еще 20 лет, что бы вновь завладеть Марваном. В 1212 году, после разгромной победы объединенных войск христианских королевств Кастилии, Арагона, Наварры и Португалии над Альмохадами в битве при Лас-Навас-де-Толоса,  сопротивление Альмохадов было сломлено. И к 1214-му году Марван окончательно перешел под управление португальской короны. Горы Сан Мамеде и долина реки Гуадиана теперь стали плацдармом, с которого португальские короли продолжили свой успешный поход против Альмохадов в Южном Алентежу и Алгарве.

Роль Марвана как крепости теперь приобрела другое значение: “Орлиная скала” стала оборонять королевство от посягательств испанских королей. В 1226 году Марван стал одним из первых городов, который получил Foral (т.е. королевскую хартию, позволяющую городу самому регулировать администрацию, границы и привилегии). Для укрепления португальской государственности в 13-м веке с одобрения короля и при посредничестве орденов тамплиеров и госпитальеров эти обезлюдевшие в результате множества войн территории начинают заселять христианскими колонистами из Галисии, Франции и Фландрии. Напоминанием об этом переселении являются названия окрестных деревень: Galegos (Галисийский),  Nise (Ницца), Tolosa (Тулуза), Montalvão (Монтобан) и Arez (Арль).

Возможно, наиболее важным событием для развития Марвана в это время стала передача земель военным орденам тамплиеров и госпитальеров.  Тамплиеры, бывшие союзниками Афонсу I еще в 12 веке ,получили земли к северу от реки Тежу. В 1199 Саншу I передает ордену земли к северу от Марвана (Herdade да Açafa), а также территории в районах Каштелу-де-Виде и Нисы. В 1232 году Саншу II пожертвовал большие владения к югу от реки Тежу вокруг Марвана и Порталегре ордену госпитальеров – вместе с поручением укрепить и оборонять границу. Госпитальеры будет доминировать в управлении этой области в течение двух столетий. Большая часть строений в Марване в 13-15-м веках была построена или реконструирована в период правления ордена госпитальеров. Госпитальерские (Мальтийские) Кресты можно увидеть на многих домах и стенах, в том числе на двери церкви, которая сейчас является городским музеем.

Замок Марвана

IMG 6195
Замок Марван. Фото Татьяна Ивановская

Как и в других замках 11-13-го века, архитектура замка Марвана отражает инновации того времени, заимствованные во время крестовых походов: высокий донжон Torre de Menagem, усиленный двумя башнями; средняя линия с зубчатой стеной усилена массивными башнями по периметру; внешняя линия укреплений, состоящая из барбакана и крепостных стен. Основная перестройка замка велась после 1299 года. В 17-м веке также был произведен ряд работ по улучшению укреплений для использования современной по тем временам артиллерии.

Монастырь Nossa Senhora da Estrela

IMG 6218
Монастырь Nossa Senhora da Estrela. Фото Татьяна Ивановская

Строительство францисканского монастыря связано со старинной легендой. Во время мусульманских завоеваний христиане были вынуждены покинуть Марван и переселиться на север, в Астурию. Но перед тем как отправиться в далекий и опасный путь, жители решили спрятать в горах священные реликвии и статую Девы Марии. Жители Марвана были уверены, что вернутся домой еще до того, как созреет на полях пшеница. Однако возвращение затянулось на пятьсот лет. Рассказ о спрятанных реликвиях передавался из уст в уста, обрастал подробностями, а истина, как это часто бывает в таких случаях, постепенно таяла. Когда потомки жителей Марвана вернулись на родную землю, никто уже не мог указать место, где находится тайник. Реликвии сочли безвозвратно утраченными. А однажды ночью местный пастух увидел в небе странную звезду – слишком яркую для этого времени года и этих широт. Звезда начала движение по небосклону, пастух последовал за ней и оказался в горах. И там, в неприметной расщелине, он увидел лик Девы Марии. Это была та самая статуя, которую спрятали полтысячелетия назад его предки. На месте чудесного явления звезды жители решили построить церковь, вокруг которой вскоре вырос монастырь. Говорят, Дева Мария отплатила христианам Марвана за веру и преданность, сохранив город во время испанского нашествия. Испанцы подкупили двух горожан, которые согласились ночью открыть городские ворота и впустить врага. Но в ту минуту, когда предатели уже протянули руки к воротам, над городом раздался женский голос, призывающий “К оружию!” Голос этот был так прекрасен и грозен, что его услышали не только стражники и жители Марвана, но и испанцы, стоящие под крепостными стенами. Ни на секунду не усомнившись в божественной природе голоса, испанцы обратились в бегство. Марван был спасен.

Фоторепортаж Татьяны Ивановской из Марвана:

Это слайд-шоу требует JavaScript.

Как добраться из Лиссабона:

Удобнее взять машину на прокат. Также можно доехать автобусом до Порталегре(Portalegre) (ходит 4 раза в день от станции Sete Rios) и дальше сесть на автобус до Марвана (ходит 3 раза в день). Расписание вы найдете на сайте транспортной компании www.rede-expressos.pt

Тэги

Добавить комментарий