Грани разумного. Ночные прогулки по Лиссабону.

Истории Прогулки по Лиссабону
Поделиться с друзьями
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  

Лиссабон – город странный и загадочный. Странность его заключается в том, что на улице можно запросто увидеть, например, китайца с дредами до пояса, который сидит на лавке и красит ногти на ногах сиреневым лаком. Или встретить мужчину в “родном” Ermenegildo Zegna, бодро несущего на плече облупившуюся от старости ванночку для купания младенцев. Или вот в Синтре, рядом с кинтой Регалейра, я столкнулась с джентльменом, одетым в крылатку и цилиндр. А загадочность – в том, что в какой-то момент перестаешь удивляться и воспринимаешь самых фантастических персонажей как нечто совершенно обыденное. Что, впрочем, не мешает в глубине души наслаждаться собственной нормальностью.

И вот недели полторы назад возвращаюсь я, вся такая нормальная, из Байру Алту. Время – около полуночи. Температура – блаженные двадцать пять градусов. Четыре текилы и ночной Лиссабон дарят полную иллюзию собственной неотразимости. Какое там рептилио – молодая Катрин Денев! В одной руке приличествующая случаю вечерняя сумочка, в другой – рыжая жестяная лейка, предварительный подарок подруги на день рождения. И вот, значит, весело грохоча лейкой, выпархиваю я на площадь Россио.

А на Россио, кто был – не забудет, постоянно болтаются продавцы всяческой наркоты. Вопиющие восточноевропейские мужланы, которые подкрадываются и интимным полушепотом предлагают “коку и ащищь”. Сказать по правде, я их ненавижу. На мой взгляд, из этих козлов получилось бы отличное топливо для биореактора. И вот ровно в тот момент, когда я привычно отвешиваю челюсть, в тысячный раз восхищаясь самой красивой площадью в мире, особенно трудолюбивый козел подходит ко мне.

– Привет, леди, прекрасная ночь, кока, ащищь… Что это у вас??

И смотрит на меня так, как я на китайца с дредами.

– Это-то? Это лейка, – отвечаю я, стараясь, чтобы это прозвучало как “Сдохни, сволочь”.

– Лейка? – изумляется козел. – Its the camera?

– Нет, – говорю. – Камера – place for you. А это лейка. Растения поливать.

Козел зашевелил бровями, пытаясь понять русскую речь.

– Растения. Трава. Марихуана. Вода.

Слово “марихуана” козел понял и несмело заулыбался.

– Water! – обрадовался он и жестами изобразил процесс полива.

– Exactly, – мерзким голосом подтвердила я, надеясь, что козел отстанет, решив, что у меня своя плантация, и в его сомнительном товаре я не нуждаюсь. Но он все не унимался.

– А зачем она вам? Я имею в виду – сейчас? – спросил он, выразительно глянув на часы.

– А затем, мой любопытный друг, что щас я возьму эту лейку за хобот и дам тебе по башке. А поскольку башка у тебя пустая, звон пойдет аж до самого Сетубала!

Вообще, конечно, это было невежливо – грубить незнакомому человеку, да еще на языке, которого он не понимает. Но во-первых, момент, когда я могла презрительно отшить этого, с позволения сказать, человека формулой “Meu diller na Mouraria diz me que tu vendes a merda!”, был безвозвратно упущен. А вот вторых – четыре текилы.

Продавец изумился. Примерно как его коллега, на которого два голландских туриста заявили в полицию с формулировкой “Он продал нам не настоящую траву, а какую-то бодягу!” Пробормотал что-то на родном языке, опознать который мне не удалось, и ушел в сторону Шиаду.

Наутро я, без малейших признаков похмелья, сидела в кафе и ждала, пока в банке мне сделают “документ о том, какие нужны документы, чтобы открыть счет”. Настроение было так себе – вечером мне предстояло улетать, а кому охота улетать из Лиссабона? С расстройства, заказывая кофе, вместо “abatanado” я сказала “абанамат”, и теперь хлебала его, шурша газетой и пытаясь врубиться в португальские заголовки.

– Доброе утро, леди, – раздалось из-за газетного лопуха. – Кока, ащищь…

– Привет, урод! – бодро поздоровалась я и опустила газету.

Это был мой ночной собеседник. В непроницаемых темных очках, белой рубашке и стоптанных ботинках.

– Извините, леди, – смутился урод.

Вот тут бы мне выдать ему про дилера в Морарии, но я зачем-то спросила:

– Ты не пробовал найти работу, молодой лентяй?

– Я работаю! – оскорбился урод. – Я на ногах с восьми утра! Солнце! Жарко! Покупают мало! У меня трудная работа, леди!

Я заметила, что на нас начал коситься официант, поэтому усердно оскалилась – мол, все в порядке! – и сказала:

– Ты продаешь наркотики. Это не работа. Это преступление. Crime!

– Другой работы у меня нет, – отрезал урод. Он снял очки, и я увидела, что он совсем не молод, ему не меньше сорока.

Урод присел за соседний столик и достал сигареты.

– Это непростой бизнес, леди, – устало сказал он. – Но я не могу получить хорошую работу.

– Хороошая работа – это дорогой костюм, офис с кондиционером и красивая секретарша? – уточнила я.

– Exactly! Кто даст мне такую работу?

– Действительно, кто? И как ты будешь работать? Ведь для этого надо что-то уметь.

Урод пригорюнился, и я решила, что сейчас услышу душераздирающую историю нравственного падения человека, сломавшегося под давлением обстоятельств и безмерно страдающего от собственной преступной жизни.

– Я правильно понял, что леди из России? – спросил вдруг урод.

– Да.

– У леди в Португалии какой-то бизнес?

– Возможно, – насторожилась я, представив, как по наводке урода в мою квартиру проникает толпа бандитов и похищает телевизор “самсунг”.

– Я слышал об одном русском сеньоре… У него очень серьезный бизнес здесь и в Испании. Его зовут Саша. Вы его знаете?

– Может быть, – говорю. Мало ли в Португалии Саш, которые занимаются бизнесом. С двумя я даже как-то общалась.

– Леди, а вы могли бы поговорить с ним обо мне? – конфиденциальным шепотом спрашивает урод.

– О тебе? – опешила я.

– Ну да. Насчет работы. Понимаете, я думаю о карьере. Мне нужен рост.

Я ушам своим не поверила. Уличный торговец наркотиками просит, чтобы я устроила его на работу к своему соотечественнику!

– Слушай, друг, а ты сам свой товар не используешь? – осторожно спросила я.

– Никогда! В этом смысле мне можно полностью доверять! Я профессионал!

И тут до меня дошло. Похоже, неведомый Саша, о котором с таким придыханием говорил урод, какая-то криминальная шишка. Он русский, я русская – урод сложил два и два и решил попытать счастья. Ну а чего, надо же делать карьеру.

Я загоготала так, что голуби, шакалящие у скамеек с туристами, испуганно взмыли в небо.

– Саша – очень популярное русское имя, – сквозь смех сообщила я ничего не понимающему уроду. – Все Саши, которых я знаю, имеют законный, легальный бизнес. Платят налоги! Они не преступники!

Лицо урода выразило глубочайшее разочарование.

– Иностранка. Ночью. Одна. Вы говорили о марихуане. Очень уверенно. У вас в руках была эта штука – для воды! – обиженно сказал он, поднимаясь из-за стола и отмахиваясь от официанта. – Я думал, это серьезно! А на самом деле вы просто crazy! Боже мой, в этом городе полно сумасшедших!

Тэги

Добавить комментарий