Альбинос.

Истории Португальские истории
Поделиться с друзьями
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  

Короткая ремарка перед рассказом о том, почему я альбинос: тот, кто жалуется на недостаточно быстрые сервисы в Москве, просто никогда не пытался подключить интернет в лиссабонском офисе Portugal Telecom. Нет, офис хороший. И сотрудники чрезвычайно милые. Но когда они в пятый раз выворачивают тебя наизнанку, создается впечатление, будто ты не вайфай подключаешь, а претендуешь на место в миссии на Марс.
Итак, сижу я вчера в этом самом офисе на Салданье. Властелин вайфая по имени Бруну со словами “Щас я пойду узнаю, а вы подождите минуточку” убегает в свои катакомбы. Поскольку “минуточка” в данном случае не более, чем фигура речи, я от нечего делать начинаю разглядывать других космонавтов – всегда полезно знать, с кем будешь осваивать враждебную Красную Планету.
В соседнем боксе, отделенном от меня прозрачной ширмой, сидят юный парнишка и бабусевич в меховой горжетке. На лице бабусевича – упорство сорока поколений португальцев, отстаивающих свою национальную идентичность.

– Вы поймите, сеньора, – терпеливо, явно не в первый раз, говорит сотрудник PT, – это как телефонная связь, только через компьютер.
– Телефон у меня есть. Зачем еще эта штука?
Как многие туговатые на ухо люди, сеньора говорит громко и нарочито медленно, явно считая, что глухая здесь не она, а все окружающие.
– Вот смотрите: вы пишете письмо, а ваш внук получает его через минуту.
Внук кивает.
– Для этого есть почта, – отвечает сеньора. – В моем возрасте минута или неделя – не имеет значения.
– Вы сможете видеть Антониу когда захотите.
– Я и так вижу его, когда хочу, – усмехается сеньора. – А когда он влюблен, то и чаще.
– Бабушка! – краснеет Антониу.
– Что “бабушка”? Бабушка помнит всех твоих девиц! Ты не помнишь, а бабушка помнит!
Сотрудник PT теряет терпение:
– Так вы хотите интернет или нет?
Сеньора погружается в глубокую задумчивость.
– Конечно, она хочет, – отвечает внук.
– Это ты хочешь. А я вот не уверена.
– Да почему??
– Это вредно для здоровья, – говорит сеньора. – Для кожи вредно. Вообще вредно.
– Уверяю вас, это абсолютно безопасно, – улыбается сотрудник PT.
– У всех моих детей есть интернет, и все они постоянно болеют. Вот твой отец, То, он же постоянно болеет!
– У него, блин, астма! Он аллергик!
– Еще и аллергия, – ужасается сеньора. – Нет, не хочу.
Внук хватается за голову, и я, дурная голова, влезаю в разговор с целью как-то его поддержать.
– Сеньора, – говорю, – интернет неопасен. Это правда. Антониу говорит правду.
Сеньора вперивает в меня орлиный взор, под которым я сжимаюсь до размеров своего айфона.
– Это кто? – недобро интересуется она. – То, это баба твоя?
Так и сказала – “баба”. Не namorada, не mulher, а прямо gaja. Баба.
– Бабушка!!!
– У меня есть муж! – огрызаюсь я. – И мне триста девять лет!
Конечно, я хотела сказать “тридцать девять”. Конечно, я перепутала числительные. И, конечно, это поняли все, кроме суровой сеньоры.
– Тринадцать и девять, – поправляюсь я. – Три и девять. Три – девять лет мне!
– Сеньора, – изо всех сил стараясь на заржать, говорит сотрудник PT, – вы не волнуйтесь. Это ей триста девять лет. Возраст, вы же понимаете.
– Восемьдесят пять! – яростно возражает бабусевич. – Мне восемьдесят пять!
– Бабушка, – Антониу примирительно гладит ее по плечу. – Сеньора просто хотела помочь. Она иностранка.
– Иностраааанка? – взгляд становится еще более подозрительным.
– Иностранка, но живу в Морарии! – зачем-то сообщаю я.
Сеньора смотрит на меня с отчетливым ужасом.
– Я знаю, кто живет в Морарии, – зловеще говорит она. – У меня есть подруга. Из Анголы. Она черная! В Морарии живут черные!
– Бабушка, так нельзя говорить! – в отчаянии восклицает внук.
– И у вас в Морарии есть интернет? – не обращая на него ни малейшего внимания, спрашивает сеньора.
– Конечно.
– Посмотри на нее! – сеньора отвешивает внуку увесистый подзатыльник. – Посмотри! Ты говоришь, интернет – это безопасно?
Антониу не хочет не меня смотреть. Больше всего на свете Антониу хочет провалиться сквозь землю. Я, впрочем, тоже. А вот сотруднику PT явно очень весело, хоть он и старается этого не показывать.
– А какие со мной проблемы? – теряюсь я.
– Но вы же, простите, извините, сеньора, вы же – albina!
Сотрудник убегает в угол, до нас доносится сдавленное бульканье. Я лезу в словарь и понимаю, что тоже сейчас забулькаю, но вряд ли от смеха.
– Альбинос? Я – альбинос?? Почему???
– Из-за интернета! – отвечает сеньора. – Который, как вы все говорите, неопасен!
– Бабушка!!!
– Я не альбинос! Я иностранка, замужняя женщина!
– Дети есть? – рявкает сеньора.
– Нет.
– У нее нет детей! – сеньора закатывает глаза. – Интернет не опасен? Антониу, ты слепой??
– Бабушка… Пожалуйста…
– Хватит с меня! – сеньора поднимается со стула и берет сумочку. – Какой стыд, Антониу! Какой стыд!
И мы все, включая несчастного Антониу, понимаем, что вот тут возразить абсолютно нечего.
– Тебе двадцать лет, Антониу! Ты взрослый человек! Ты можешь делать все, что хочешь! Твоя женщина – альбинос? Пожалуйста!
– Она не моя женщина, – пищит Антониу. – Простите, сеньора!
Я безнадежно машу рукой: да ничо, мол, все нормально.
– Вы, молодые люди, имеете интернет, – грозно говорит бабусевич. – Вы имеете автомобили, самолеты…
– Я не имею самолета, – с явным сожалением замечает сотрудник PT.
– Но у вас нет самого главного! У вас не уважения! Ты, Антониу, никого не уважаешь. Ты не уважаешь свою женщину, пусть она и альбинос. Но знаете, сеньоры, что самое плохое?
– Что же? – интересуется вернувшийся с ворохом документов Бруну.
– Что он не уважает свою бабушку!
– Бабушка, я тебя очень люблю, – оправдывается Антониу.
– Ну, возможно, – смягчается сеньора и поправляет горжетку. – Можешь приводить свою альбиноску. Но никакого интернета в моем доме!


Тэги

Добавить комментарий